Дионеево право
Повесть о Маэстро Симоне...

На сей раз пострадавшим был врач, приехал во Флоренцию из Болоньи в беличьей шапке на бараньей голове.

Купеческий обычай
Киприоты Руберто и Арригуччо...

Ночью женщина привязывала другой конец тесемки себе до большого пальца на ноге, а Руберто имел, придя под окно.

Мадонна Елена
Александрийская притча...

Бакаляр, вспоминая свысока ту надругательство, которого от нее дизнав, и слушая теперь ее плач и слезные мольбы.

Месть

03-08-2018

Так жалела она на той вышке без всякого совета и надежды, ничего, кроме смерти, не надеясь. Где-то перед третьей часом Бакаляр встал и, вспомнив вдову, пошел к башне посмотреть, что она там делает, а своего слугу, который был еще голоден, послал поесть. Как услышала Елена, что он пришел, дотянулась, изнеможении и обессиленная, к краю помоста, села, повернувшись головой к отверстию, и сказала сквозь слезы: - Риньери, ты отомстил надо мной через край: я продержала тебя зимней ночью в своем дворе, а ты заставил меня жариться и гореть целый день на сей вышке, моря к тому же голодом и жаждой; умоляю тебя именем святого Бога, вылез сюда и убей меня, я не имею смелости сама себя убить, а чем терпеть такую муку, то лучше мне умереть. Как ты не сделаешь мне сей милости, то подай мне хоть стакан воды - запекшиеся уста промочить, так слез у меня на это не становится, так все внутри горит и жжет. Бакаляр хорошо узнал по ее голосу, как она ослабла, и увидел, как ее всю испекли, ему немного будто даже жалко ее стало, так она его просит и умоляет; однако он ответил:

- Нет, лукавая женщина, от моей руки ты не умрешь, умирай лучше от своей, когда имеешь такую охоту, а воды от меня, чтобы жажду утолить, столько добудет, сколько ты мне огня, чтобы я от холода спасся. Мне один только вред, что мою простуду лечили теплом смердящего навоза, а твои ожоги гоитимуть холодощамы ароматной розовой воды, что я чуть не умер, руки и ноги поморозившы, а ты, как злущиш из себя ошпаренный шкуру, вновь красивой станешь, как змея, сбросив линовище.

- Ой Боже мой! - Сказала вдова. - Хотя такой красоты всем врагам моим и злоумышленникам! Где-то ты, нелюди, Бога в животе не имеешь, что терзаешь меня хуже от хищного зверя. Такого я ни от тебя, ни от кого другого не ожидала, даже если бы истребила была без сожаления весь твой род и плод. Не знаю, можно ли придумать более тяжкое наказание предателю, который выдал врагу целый город на жесток, чем так, как меня, на солнце его обжечь и мушви в жертву дать! Ты не хочешь да и стакана воды подать, тогда как даже на казнь-убийц дают напиться вина перед смертью, только попросили. Ну что ж, я вижу, что жестокость твоя неумолимая, безразлично тебе моих страданий; приму смерть покорно и терпеливо, да смилуется Господь над душой моей.

Молю его, чтобы взор праведным глазом своим на то, что ты творишь. По сей языке с трудом двинулась к середине помоста, нигде не находя спасения от жары и чувствуя, что вот-вот упадет в обморок от безводье, которое долягало ей хуже от всех болещив. Плакала, бедная, беспрестанно, сетуя на злую свою судьбу. Как стало смеркаться, Бакаляр показалось, что будет уже с нее и того, он взял ее одежду, завернул в плащ своего слуги и направился к Панин дома, там он увидел служанку, грустная и веселая сидела на пороге, не зная, что ей действовать .

- Где твоя дама, милая? - Спросил он у нее.

- Не знаю, батюшка, - ответила она, - утром думала я увидеть ее в постели, потому что она вчера вечером легла, кажется, спать, но нигде ее не нашла, не знаю, что с ней произошло и где она делась, горе мое великое ! Может, вы, сударь, что-то о ней знаете?

12

Смотрите также:
 Ревнивец
 Месть
 Мессер Лике де Вальбона
 Бакаляр и вдова
 Загадочные таблетки

Добавить комментарий:
Введите ваше имя:

Комментарий:

Защита от спама - введите символы с картинки (регистр имеет значение):

Недавно добавлено:

Сувенирная продукция гравировка на металлических ручках. picture

Гвидо Кавальканти


Гвидо Кавальканти отчитывает позавгоридно нескольких флорентийских рыцарей, застали его врасплох Услышав королева, Эмилия одбула свою очередь и уже никому более рассказывать, кроме него самого и того, что имеет постоянный ривилей говорить последнее, отозвалась в общество такими словами: - Ласкавии мои подруги, хоть вы сегодня вынули мне из уст две или три историйки, что я имела в виду рассказывать, но у меня оставалась в запасе еще одна, в котором фигурирует конце такое глубокомысленное предложения, равного ему мы сейчас, может, и не слышали. Вы, наверное, хорошо знаете, что в старину в нашем городе было много хороших и похвальных обычаев, которые исчезли теперь под натиском непомерного сребролюбия, что все больше росло вместе с богатством.
Читать далее

picture

Перо из крыльев архангела Гавриила


У брата Лука был слуга по имени Гуччо: одни дразнили Гуччо-Слоняка, вторые - Гуччо-Свиняка, третьи - Гуччо-Невмывака: то был такой сорванец, что против него и сам Липпи Топп должен в угол спрятаться. Брат Лук не раз, бывало, шутил с него в кругу своих товарищей: - Мой слуга, - говорит, было, - имеет девять таких примет, если у Соломона, Аристотеля или Сенеки была бы хоть одна из них, где и делись бы их премудрости, посвященное и добродетели.
Читать далее