Дионеево право
Повесть о Маэстро Симоне...

На сей раз пострадавшим был врач, приехал во Флоренцию из Болоньи в беличьей шапке на бараньей голове.

Купеческий обычай
Киприоты Руберто и Арригуччо...

Ночью женщина привязывала другой конец тесемки себе до большого пальца на ноге, а Руберто имел, придя под окно.

Мадонна Елена
Александрийская притча...

Бакаляр, вспоминая свысока ту надругательство, которого от нее дизнав, и слушая теперь ее плач и слезные мольбы.

Одна на двоих

28-07-2018

Когда убрали со столов, они еще немного походили по той урочий долине и на данный от королевы знак пошли тихим шагом к своему временного проживания, ибо солнце стояло уже на закату; шутя и разговаривая о разных вещах - и о том, что сегодня говорилось, и о других, - они пришли к своему пышному дворца уже сумерки. Здесь они покрипились по сей недолгой путешествии холодным вином и сладостями и сразу же начали плясать замечательного фонтана под звуки Тиндаровои козици и другой музыки.

Наконец королева велела Филомена спеть канцону, и она завела: Боже, я несчастная! Неужели этого не смогу вернуть, Что судьба отняла мне напасна? Не знаю, что происходит со мной, Но сердце бьется вновь В предвкушении блаженства неземного ...

В раю мой, единственный мой покой, Скажи мне хоть слово - Не жду я радости больше ни от кого, От тебя лишь одного ... Только с тобой я могу забыть Печаль мою скорбь всегдашнюю. Какая-то новая, неизвестная еще отраду Мне смущает душу, Проливая бальзам на древнюю в сердце рану. Жажды новой непреодолимая власть, Это признать я должен, Меня уже охватила пламенно И тревожит непрестанно

- Нет сил и ночью мне уснуть От страсти, пылающий неугасимо. Скажи, когда моя сбудется мечта, Скажи мне, мой милый, Когда соединит нас страстная любовь? Я верю - не сведет меня надежда, Но ждать не в силах: Пусть коротким будет время ожидания И вечно - блаженство! С тобой в паре хочу почувствовать, Какое жизнь прекрасна и прекрасна! Приди же, любимый, в мои объятия - В любовной той роскоши Я без колебаний и без сожаления утону. Ярым поцелуем душу из меня вынь, О милый, хороший! А я тебя, клянусь, уже до конца жизни Не выпущу из плена! Как я люблю, ты должен понять - О том моя канцона говорит ясно. Ся канцона дала всем обществу на Догада, что какое-то новое, радостное любви овладело Филомениним сердцем, со слов песни выходило, что она своего любимого уже не только глазами узнала, и все считали ее счастливой, а некоторые даже завидовал ей изумился. Но как песня закончилась, королева угадала, что завтра будет пятница, и обратилась ко всем ласковым голосом:

- Вы знаете, благородные дамы и кавалеры, что завтра у нас день, посвященный памяти крестных мук Господа нашего, как вы помните, еще в царствования Неифилы мы одсвяткувалы его благоговейно, воздержавшись от веселых рассказов, так же как и следующую субботу. Желая следовать спасительным примером Неифилы, я думаю, что прилично нам будет завтра и послезавтра не вдаваться в забавные беседы, как мы это сделали и на той неделе, а спогадаты благочестиво, что в сии дни для спасения душ наших сподиялося. Всем понравилась набожная язык новой королевы, а когда она распустила их, говорилось уже к полуночи, и все пошли на покой.


Смотрите также:
 Мадонна Елена
 Граф Антверпенский
 Настоятель фьезоланського собора
 Мадонна Беритола
 Одна на двоих

Добавить комментарий:
Введите ваше имя:

Комментарий:

Защита от спама - введите символы с картинки (регистр имеет значение):

Недавно добавлено:

picture

Монна Нонна де Пульчи


Повар Кикибио остроумным словом обращает гнев господина Куррада Джанфильяцци на смех и избегает бедствия, ему грозило Лауретта уже умолкла, и все весьма похвалялы остроумие Монны Нонны, когда королева велела заменить очередь Неифили; и начала: - Дорогие мои подруги! Хотя быстрый ум часто подвергает языковые в случае необходимости точные, остроумные и действующие слова, и иногда и фортуна, становясь на помощь боязливым, вкладывает им неожиданно в уста такие вещи, на которые они в спокойном состоянии не смогли бы.
Читать далее

picture

Мессер Форез да Рабатта и маэстро Джотто


Однажды случилось ему быть в такой удалой компании в Монт-Уги, где несколько человек зазмагались между собой - какой флорентийский род благородных и древний? Одни говорили, что это Ламберти, вторые - Уберти, словом - каждый свое правил, как кто понимал.
Читать далее