Дионеево право
Повесть о Маэстро Симоне...

На сей раз пострадавшим был врач, приехал во Флоренцию из Болоньи в беличьей шапке на бараньей голове.

Купеческий обычай
Киприоты Руберто и Арригуччо...

Ночью женщина привязывала другой конец тесемки себе до большого пальца на ноге, а Руберто имел, придя под окно.

Мадонна Елена
Александрийская притча...

Бакаляр, вспоминая свысока ту надругательство, которого от нее дизнав, и слушая теперь ее плач и слезные мольбы.

Джанни Лоттеринги

17-07-2018

Но я уже позаботился о том, что получим хлеба больше, чем на месяц, - привел, смотри, купца на кадуба, что у нас даром стоит, он дает мне за него пять золотых. - Лишко мое тяжелое! - Забидкалася снова Перонелла. - Ты человек, ходишь между людьми ежедневно и должен был бы разбираться, что, как и почем, а продал кадуба за пять золотых, а я, темная женщина, хотя моя дорога только до порога, увидев, что тот кадуб у нас только место зря занимает, сторгувала его это одному доброму человеку за семь золотых он как раз перед твоим приходом залез в кадуб, чтобы посмотреть, он крепкий. Услышав сие, человек знает как обрадовался и сказал покупателю, что привел с собой: - Ступай с богом, добрый: женщина, видите, за семь золотых стокмилася, а ты мне больше пяти не хотел дать. - Так, может быть, - согласился тот и пошел. А Перонелла и говорит мужу: - Иди к нему наверх закончить дело, раз ты уже здесь. Джаннелло внимательно прислушивался к тому разговору, чтобы знать, чего ему бояться и как с передряги выкрутиться; услышав Перонеллини слова, выскочил быстренько с кадуба и, словно не заметив, что мужчина вернулся, начал кричать: - Где ты, господин? На это человек, входя, сказал: - Я здесь, чего тебе? - А кто ты такой? - Спрашивает Джаннелло. - Я зову жену, что сторговал у нее кадуба. - Это все равно, - ответил каменщик, - я ее муж. Тогда Джаннелло и говорит: - Кадуб сей, мне кажется, хороший, крепкий, и вы, вероятно, какое-то дерьмо в нем держали; так оно до клепок поприсихало, что и пальцем не вколупнеш.

Пока не выскоблить внутри как следует, я не возьму его. - За сим делом торг не станет, - отозвалась Перонелла, - человек сейчас все повичищае. - Да, - сказал мужчина. Тогда положил свой инструмент, снял с себя жилет, велел зажечь свечу и представить скребок, влез в кадуб и начал выскребать. Перонелла хотела бы посмотреть, что он там делает, и вонзилась головой и плечом в отверстие кадуба, что был не очень-то широкий, приговаривая: - Тут еще поскоблить и там-о! А посмотри, вон еще немного осталось! Стоит она так над кадки, весь проем закрыв, учит человека, а Джаннелло, что не успел согнать утром оскомины из зубов, решил хоть что-нибудь свое сделать, и подскочил к ней, как негнузданий жеребец к горячей кобылы в парфийських степях; удовольнившы жажду свою молодецкую, он отошел от кадуба раз в ту минуту, когда человек доскоблив его. Перонелла вытащила голову из отверстия и розхилилась во весь рост, а человек вылез из кадуба. - Ну, добрый, - сказала хозяйка Джаннеллови, - возьми теперь свечу и посмотри, все ли в порядке, так, как ты хотел. Заглянув внутрь, Джаннелло сказал, что все хорошо и он доволен; отдавши мужчине семь золотых, он велел отнести кадуба к себе домой.


Смотрите также:
 Монна Изабетта и Ламбертуччо
 Ифигения и Кимон
 Свадьба Теодора и Виоланты
 Гульфард и Гаспарруол
 Тедальдо и его любовница

Добавить комментарий:
Введите ваше имя:

Комментарий:

Защита от спама - введите символы с картинки (регистр имеет значение):

Недавно добавлено:

picture

Мессер Форез да Рабатта и маэстро Джотто


Однажды случилось ему быть в такой удалой компании в Монт-Уги, где несколько человек зазмагались между собой - какой флорентийский род благородных и древний? Одни говорили, что это Ламберти, вторые - Уберти, словом - каждый свое правил, как кто понимал.
Читать далее

picture

Гвидо Кавальканти


Гвидо Кавальканти отчитывает позавгоридно нескольких флорентийских рыцарей, застали его врасплох Услышав королева, Эмилия одбула свою очередь и уже никому более рассказывать, кроме него самого и того, что имеет постоянный ривилей говорить последнее, отозвалась в общество такими словами: - Ласкавии мои подруги, хоть вы сегодня вынули мне из уст две или три историйки, что я имела в виду рассказывать, но у меня оставалась в запасе еще одна, в котором фигурирует конце такое глубокомысленное предложения, равного ему мы сейчас, может, и не слышали. Вы, наверное, хорошо знаете, что в старину в нашем городе было много хороших и похвальных обычаев, которые исчезли теперь под натиском непомерного сребролюбия, что все больше росло вместе с богатством.
Читать далее