Дионеево право
Повесть о Маэстро Симоне...

На сей раз пострадавшим был врач, приехал во Флоренцию из Болоньи в беличьей шапке на бараньей голове.

Купеческий обычай
Киприоты Руберто и Арригуччо...

Ночью женщина привязывала другой конец тесемки себе до большого пальца на ноге, а Руберто имел, придя под окно.

Мадонна Елена
Александрийская притча...

Бакаляр, вспоминая свысока ту надругательство, которого от нее дизнав, и слушая теперь ее плач и слезные мольбы.

Гвидо Кавальканти

13-07-2018

Рассказы ДЕСЯТАЯ

Брат Лук обещает показать крестьянам перо из крыльев архангела Гавриила, но, найдя вместо пера угля, говорит, что это то, на котором испекли святого Лаврентия Все дамы и кавалеры рассказали уже свои истории, осталось рассказывать одном только Дионео. Не дожидаясь особого приказа, он утишив тех, восхваляли еще остроумие господина Гвидо, и начал: - Хорошие мои дамы, хотя у меня привилегия по своей угоден что угодно рассказывать, и не желаю одбигаты сегодня от того предмета, о котором вы все так хорошо говорили, и, вступая в ваши следы, расскажу о том, как один ловкий монах закона святого Антония, не растерявшись, избежал немалой позора, что хотели ему поступить двое парней. НЕ возьмите себе того за плохо, что я поведу о сем дело чуть ширшенько: взгляните на небо, то увидите, что солнце еще не обратило на спадень.

Вы все, наверное, слышали о городке Чертальдо, что лежит в нашей стороне в долине Ельзи; хотя оно и не какое большое, и в нем жило в старину немало людей знатных и богатых. В это местечко повадился, находя там себе хороший попас, монах закона святого Антония, по имени брат Лук: он ежегодно приезжал туда побираты из дураков милостыню, и жители тамошние относились к нему весьма доброжелательно, не столько, может, ради святости его и благочестии , как для домашнего имени - на их землях хорошо родила славная на всю Тоскану лук.

Из себя был тот брат Лук небольшой, рыжеволосый, с виду веселый, а на удачу - всем проходимцам проходимец; хоть образования не имел никакой, а говорить умел сложно и сложно: кто его не знал, подумал, что это большой ритор, сам Цицерон , а может, и Квинтилиан. Почти со всеми людьми в окрестность он хорошо разбирался и братался, а со многими так и кумався. Однажды (дело было в августе) он приехал обычаю в Чертальдо. И рано в воскресенье, когда в приходской церкви собралось немало народа с навкружних сел на службу Божью, он выбрал выгодного волну и так сказал им: - Господа миряне, все вы здоровы знаете, что полагается вам год от года жертвовать на бедных во имя блаженного Антония-чудотворца мало или много ржи-пшеницы и всякий хлеб, какая у кого возможностей и любовь к Богу, чтобы святой Антоний хранил вам воли и ослы, свиньи и лошади. И о том не забывайте, что каждому, особенно потому, что до нашего братства приписан, годится и деньгами кое-какую лепту подать. Тем послал меня мой начальник, сиречь преподобный отец-настоятель, чтобы я собрал те ваши доброхотные налога; так по три часа, как почует скликанчика, приходите, Боже вас благослови, сюда перед Божий: я произнесу вам, как принято, проповедь, дам целовать крест и, кроме того, зная, что вы крупно уважаете блаженного Антония, покажу вам в знак особой милости святую и самое лучше реликвию, я сам привез из заморского святого края - перо архангела Гавриила, что потерял он в комнате Девы Марии, как благовествовал ему в Назарете Иудейской. Сие сказав, снова принялся служить службу.

Когда брат Лук так глаголав в церкви, был там в числе многих других мирян двое злых парней: одного звали Джованни дель Брагоньера, а второй Бьяджо Пиццини. Посмеялись они промеж себя из ченцевих реликвий, а затем, хотя и были оба приятелями брата Лука, решили подвезти ему с тем пером тележки. Узнав, что брат Лук еще утром договорился обедать одного своего знакомого в слободе, и убедившись, что он действительно пошел к нему, они отправились в гостиницу, где стоял монах: Бьяджо был заговорить Луковицы слугу, а Джованни поискать между тем среди ченцевих вещей то перо, которое уже оно там не было, и похитить его, а потом увидеть, как то брат Лук будет перед народом выкручиваться.

12

Смотрите также:
 Грех Мадонны
 Примас и Клюнийский аббат
 Смерть Габриотто
 Судьба Ферондо
 Исповедь Пампинеи

Добавить комментарий:
Введите ваше имя:

Комментарий:

Защита от спама - введите символы с картинки (регистр имеет значение):

Недавно добавлено:

picture

Мессер Форез да Рабатта и маэстро Джотто


Однажды случилось ему быть в такой удалой компании в Монт-Уги, где несколько человек зазмагались между собой - какой флорентийский род благородных и древний? Одни говорили, что это Ламберти, вторые - Уберти, словом - каждый свое правил, как кто понимал.
Читать далее

picture

Гвидо Кавальканти


Гвидо Кавальканти отчитывает позавгоридно нескольких флорентийских рыцарей, застали его врасплох Услышав королева, Эмилия одбула свою очередь и уже никому более рассказывать, кроме него самого и того, что имеет постоянный ривилей говорить последнее, отозвалась в общество такими словами: - Ласкавии мои подруги, хоть вы сегодня вынули мне из уст две или три историйки, что я имела в виду рассказывать, но у меня оставалась в запасе еще одна, в котором фигурирует конце такое глубокомысленное предложения, равного ему мы сейчас, может, и не слышали. Вы, наверное, хорошо знаете, что в старину в нашем городе было много хороших и похвальных обычаев, которые исчезли теперь под натиском непомерного сребролюбия, что все больше росло вместе с богатством.
Читать далее