Дионеево право
Повесть о Маэстро Симоне...

На сей раз пострадавшим был врач, приехал во Флоренцию из Болоньи в беличьей шапке на бараньей голове.

Купеческий обычай
Киприоты Руберто и Арригуччо...

Ночью женщина привязывала другой конец тесемки себе до большого пальца на ноге, а Руберто имел, придя под окно.

Мадонна Елена
Александрийская притча...

Бакаляр, вспоминая свысока ту надругательство, которого от нее дизнав, и слушая теперь ее плач и слезные мольбы.

Пьетро Боккамацца

30-06-2018

Дед, заметив, что девушка где-то делась, сказал: - Нет здесь никого, кроме меня и старой, а конь этот - приблуда: бежал от кого вчера вечером и прибился к нам, вот мы и поставили его во дворе, чтобы волки не съели. - Если так, - сказал предводитель, - то этот бесхозный конь нам пригодится. Пошли разбойники везде по ищейка - кто в доме хозяйничал, кто во дворе, копья и щиты свои пол побросав. Один засторчив нечего делать копье в Капицу, где девушка спряталась, да так, что Клюге в левую грудь ей ударило, аж платье разодрали; чуть не закричала бедняжка с перепугу, думая, что ее ранены, и вовремя спохватилась и промолчала. Разбойники нажарили себе кто козлятины, кто другого которого мясному, поели, попили и пошли прочь, коня того с собой поведя.

Как были они уже далеко, дед спросил у бабы: - А где это наша вчерашняя Девонька? С тех пор встали, я ее уже видел. Баба сказала, что не знает, и бросилась его искать. Аньйолелла, услышав, что те уже ушли, вылез из сена. Очень обрадовался старик, не пала в руки разбойникам. Между тем на дворе уже хорошо рассвело. - Оттепер по видном, - сказал дед, - если хочешь, отведем тебя к замку, это будет отсюда миль пять, что ли, там получишь уже надежный тайник. Только придется тебе пешком дибаты, ибо лотры коня твоего забрали. Неважно было девушке о лошади, давай она старых просить, чтобы пробвелы ее к тому замку; двинулись в путь и пришли туда в полдень. А господином того замка и был один господин из рода Орсини, именем Лиелло ди Кампо ди Фьори; как того, застали они там его жену, барыню весьма спокойную и благодушной. Увидев Аньйолеллу, она сразу узнала, поздравила мирно и спросила, каким образом и сюда попала. Девушка рассказала ей напрочь все.

Госпожа, хорошо знала и Пьетра (он дружил с ее мужем), сильное сокрушалась по его злой приключения и, услышав, что юношу схватили, думала уже, что его наверняка убит, однако сказала девушке: - Как тебе известно, что произошло с Пьетро, живи пока у меня, а потом найдется оказия и в Рим безопасное вернуться. Тем временем Пьетро сидел вот ночью на дубе и так уже тяжело сокрушался, что кто его знает; и видит - так как в первоспах обступила его коня целый течка волков, штук, может, двадцать. Услышав волчий дух, конь мотнул головой, порвал повод и хотел бежать, а те не пускают; отбивался он от них и копытами, и зубами, и жаль - вовцюгы повалили его задавили и растерзали. Долой всего съели, только кости оставили, и ходу. Еще тяжелее загрустил Пьетро, своего верного товарища в беде втерявшы; ну, думает, теперь уже мне с сих трущоб не выбраться. Уже и мир наступил; дуба Пьетро на том дубе - так измерз, хоть умирай, а когда видит - так как в милю костра где-то большое пылает. Слез он с дерева, хотя и страшно было, и пошел туда, пока в огонь не дошел.

Вокруг костра сидели пастухи-ничлижаны, завтрак весело пищу. Жалко им стало мужа, они приняли его в свою компанию. Поел он, обигрився немного и рассказал им о своей беде приключение, а потом спросил, нет ли здесь где вблизи села какого либо замка, куда бы ему прислониться. Пастухи сказали, что за три мили оттуда есть замок синьора Лиелла ди Кампо ди Фьори и его дамы именно там находится. Пьетро очень так обрадовался и попросил, чтобы они провели его в замок, двое пастухов охотно на то согласились. Как пришел и увидел некоторых знакомых, сейчас начал думать, как бы ему любимую в лесу разыскать, вдруг позвала его к себе сама дама. Как же обрадовался он и удивился, когда, уйдя к госпоже, увидел при ней и свою Аньйолеллу! Хотел броситься к ней, обнять, и хозяйки постеснялся, а уже девушка, да еще и за него больше радовалась. Поздравив приветливо молодого гостя, госпожа начала, однако, доказывать ему, что так он поступил, родные своей насупир уйдя. Но когда увидела, что он того твердо решился и девушка того же желает, то подумала: "А чего мне беспокоиться? Они любят себе оба, и он и она - друзья моего мужа, намерения у них честные, видимо, сам Бог им способствует, когда спас его от петли, ее от копья, а обоих от хищного зверя. Так пусть уж так и будет! " А к ним сказала: - Ну, как вы так хотите жениться, то пусть, про меня. Справим здесь свадьбу счет моего, а там уже, даст Бог, помирю то вас обоих с родней вашей. Без края врадувани молодожены тут же заручились; благородная госпожа произвела им почетное свадьба, на которую только можно было в горах способными, и молодоженов впервые попробовали здесь сладкой новости любовной. Через несколько дней вместе с барыней выехали они верхом с надежным сопровождением в Рим. Хотя Пьетро родственники были возмущены поступком, и госпожа сумела их быстро к согласию привести, и Пьетро жил счастливо и мирно со своей Аньйолеллою до седых волоса.


Смотрите также:
 Крит
 Джаннотто и Мадонна Беритола
 Маршал Пьеро
 Пампинея
 Джанни Лоттеринги

Добавить комментарий:
Введите ваше имя:

Комментарий:

Защита от спама - введите символы с картинки (регистр имеет значение):

Недавно добавлено:

picture

Гвидо Кавальканти


Гвидо Кавальканти отчитывает позавгоридно нескольких флорентийских рыцарей, застали его врасплох Услышав королева, Эмилия одбула свою очередь и уже никому более рассказывать, кроме него самого и того, что имеет постоянный ривилей говорить последнее, отозвалась в общество такими словами: - Ласкавии мои подруги, хоть вы сегодня вынули мне из уст две или три историйки, что я имела в виду рассказывать, но у меня оставалась в запасе еще одна, в котором фигурирует конце такое глубокомысленное предложения, равного ему мы сейчас, может, и не слышали. Вы, наверное, хорошо знаете, что в старину в нашем городе было много хороших и похвальных обычаев, которые исчезли теперь под натиском непомерного сребролюбия, что все больше росло вместе с богатством.
Читать далее

picture

Перо из крыльев архангела Гавриила


У брата Лука был слуга по имени Гуччо: одни дразнили Гуччо-Слоняка, вторые - Гуччо-Свиняка, третьи - Гуччо-Невмывака: то был такой сорванец, что против него и сам Липпи Топп должен в угол спрятаться. Брат Лук не раз, бывало, шутил с него в кругу своих товарищей: - Мой слуга, - говорит, было, - имеет девять таких примет, если у Соломона, Аристотеля или Сенеки была бы хоть одна из них, где и делись бы их премудрости, посвященное и добродетели.
Читать далее