Дионеево право
Повесть о Маэстро Симоне...

На сей раз пострадавшим был врач, приехал во Флоренцию из Болоньи в беличьей шапке на бараньей голове.

Купеческий обычай
Киприоты Руберто и Арригуччо...

Ночью женщина привязывала другой конец тесемки себе до большого пальца на ноге, а Руберто имел, придя под окно.

Мадонна Елена
Александрийская притча...

Бакаляр, вспоминая свысока ту надругательство, которого от нее дизнав, и слушая теперь ее плач и слезные мольбы.

Ликариха и ее любовник

21-10-2018

Не зная, куда попал, он начал полапкы ходить по помещению, не найдет лестницы или двери, чтобы выйти как-то. Услышав это мацкування, женщины начали кричать: - Кто там? Руджиеро молчал, потому голоса были незнакомые, тогда женщины стали звать мужчин, и те ничего не слышали, потому что твердо спали после трудов праведных. Тогда, перепугавшись еще сильнее, женщины встали и к окнам: - Спасите, воры! В то шум проснулись соседи и давай бежать в дом - кто окном, кто через крышу, кто еще кудой; встали наконец от этой кутерьмы и молодежи ростовщики. Руджиеро схватили: он ужасно удивился, узнав, куда попал, и не знал, как и куда ему бежать. В то шум прибежала и сторожа с синьории, забрала его и повела в городской начальника. Зная сего мужа большого бездельник, то немедленно велел взять его на муки и Руджиеро должен признаться, что залез в дом к ростовщикам, чтобы их ограбить. Скоро же подоспел и приговор виновнику: повесить.

Утром по всему Салерно разнеслась новость, что Руджиеро пойман на воровстве в доме ростовщиков. Как услышала о том ликариха с служебницы своей, удивились обе большим чудом; думали уже - то, что они вчера сделали, им во сне приздрилося. А госпожа приуныла тяжело, что любовник ее в смертельной опасности попал, и чуть не обезумела от отчаяния. Часов в девять, что ли, вернулся Амальфи врач и бросился к своей настоя, чтобы идти к больному, и видит - сосуд пуст. Боже, какой тут он поднял шум - у него в доме, мол, как на зарваний улице. Госпожа Докторова, совсем не тем занята, крикнула на него сердито: - Что бы вы сказали, маэстро, если бы действительно какая-то большой вред стряслась? Подумаешь, вылили там какую-то воду. Что вам, больше воды нет, что ли? - Жена, - ответил ей доктор, - ты не думай, что это была себе просто вода, это был специально с готовых снотворный напиток. И он рассказал ей все подробно, что и как.

Когда она о том услышала, догадалась уже, что это Руджиеро выпил те лекарства и поэтому показался ей за мертвого. - Мы не знали сего, маэстро, - сказала она. - Придется вам опять те лекарства приготовить. Увидев, что нет другого выхода, врач заказал опять того настоя. Через некоторое время вернулась прислуга - его послала госпоже на справки, что там слышно о Руджиеро. - Госпожа, - рассказала она, - все говорят на Руджиеро худое, слышала я, что ни один его друг ни родственник не поднялся его спасать, и не думает никто. Завтра, говорят, имеют его уже повесить. А еще слышала я одну вещь, с которой дорозумилась, как он в дом к ростовщикам попал; слушайте сюда.

Вы хорошо знаете столяра, что это в его сундук мы положили Руджиеро, так вот он ругался знает как с этим человеком, который дал ему, видимо, сундук для исправления. А муж ему: "Да нет, - говорит, - ты продал ее тем ростовщикам, они мне сами ночью сказали, как я сундук в них увидел, когда ловленный Руджиеро". А столяр: "Они, - говорит, - врут, ничего я им не продавал, может, они сами ночью украли. Пойдем, - говорит, - к ним ". Вот они и пошли вдвоем к ростовщикам, а я домой. Так же, видимо, его туда и перенесено, а уж он там ожил - ума не уберу.


Смотрите также:
 Ликариха и ее любовник
 Гвильям Россильйонский
 Царский подарок
 Князь Салернский
 Жестокость Бакаляра

Добавить комментарий:
Введите ваше имя:

Комментарий:

Защита от спама - введите символы с картинки (регистр имеет значение):

Недавно добавлено:

picture

Гвидо Кавальканти


Гвидо Кавальканти отчитывает позавгоридно нескольких флорентийских рыцарей, застали его врасплох Услышав королева, Эмилия одбула свою очередь и уже никому более рассказывать, кроме него самого и того, что имеет постоянный ривилей говорить последнее, отозвалась в общество такими словами: - Ласкавии мои подруги, хоть вы сегодня вынули мне из уст две или три историйки, что я имела в виду рассказывать, но у меня оставалась в запасе еще одна, в котором фигурирует конце такое глубокомысленное предложения, равного ему мы сейчас, может, и не слышали. Вы, наверное, хорошо знаете, что в старину в нашем городе было много хороших и похвальных обычаев, которые исчезли теперь под натиском непомерного сребролюбия, что все больше росло вместе с богатством.
Читать далее

picture

Перо из крыльев архангела Гавриила


У брата Лука был слуга по имени Гуччо: одни дразнили Гуччо-Слоняка, вторые - Гуччо-Свиняка, третьи - Гуччо-Невмывака: то был такой сорванец, что против него и сам Липпи Топп должен в угол спрятаться. Брат Лук не раз, бывало, шутил с него в кругу своих товарищей: - Мой слуга, - говорит, было, - имеет девять таких примет, если у Соломона, Аристотеля или Сенеки была бы хоть одна из них, где и делись бы их премудрости, посвященное и добродетели.
Читать далее