Дионеево право
Повесть о Маэстро Симоне...

На сей раз пострадавшим был врач, приехал во Флоренцию из Болоньи в беличьей шапке на бараньей голове.

Купеческий обычай
Киприоты Руберто и Арригуччо...

Ночью женщина привязывала другой конец тесемки себе до большого пальца на ноге, а Руберто имел, придя под окно.

Мадонна Елена
Александрийская притча...

Бакаляр, вспоминая свысока ту надругательство, которого от нее дизнав, и слушая теперь ее плач и слезные мольбы.

Гвильям Россильйонский

04-12-2020

Рассказы ДЕСЯТАЯ

Ликариха кладет своего опойним зельем усыпленного любовника, будто мертвого, в сундук, который потом двое ростовщиков несут к себе в дом, а когда он очнулся, его хватают, как вора; Доктора служанки свидетельствует в суде, что это она положила его в сундук, украденную ростовщиками , и спасает его от виселицы, ростовщики же должны за кражу заплатить пеню Осталось теперь одному Дионео, когда король свое рассказал, рассказом потрудиться; помня об этом и выполняя одновременно приказ королевский, он начал такими словами: - Бедность несчастных любовников, о которых мы здесь столько наслушались, не только вам, дамам, да и мне в глаза и сердце огорчили тем я давно ждал, когда они кончатся.

Теперь, хвала Господу, они все-таки кончились (я не личкуватиму, боже, плохого товара бросовым!), И, занехавшы всякие жалости, начну я с веселее бочки, чтобы для завтрашних историй, может, лучше дать вам призвид. Так вот, чтобы вы знали, дорогие мои красавицы, жил недавно в Салерно знаменитый врач-хирург по имени Маццео делла Монтанья, взял он за себя красивую и молодую шляхтянку из своего же города. Он годился женщине во всем, водил ее более всех роскошнее в бархат, и златоглавых и украшениях различных драгоценных; вот только мерзла очень бедный, потому что ночью не мог маэстро как следует ее укрывать. Так, как вот Риччардо ди Киндзика - помните? –

Поучал свою жену, когда праздник, так и этот продолжал ей по-научному, что после супружеского общения организм обновлять силы столько и столько дней и еще всякие болтовня; ликариха была тому весьма недовольна и, как женщина рассудительного и смело, решила жалеть домашнее орудия и, розглянувшись по людям, чужим пидпомагатися. Не на одного и не на двух набросала она глазом, пока визиркала, наконец, одного молодого себе нравится, возложив на него все свои мысли и надежды. Молодой тее заметил, а она ему тоже была к мысли, то изумился в нее влюбился. Звали его Руджиеро да Ероли, рода он был значительный, и имел такую ленивую и недобрую характер, что его все друзья и родственники одцурались и по всему городу ходил слух о его бандитизм и другие вредные поступки. Госпожа Докторова мало о славу хлопотала, ибо ей другим к натуре пал и через некоторое время сошлась с ним через посредство служанки своей.

Налюбовавшись с ним по вкусу, она начала выговаривать ему за все прежние злые поступки и просить, чтобы он ради нее от всего того откинулся; чтобы же он имел возможность на хорошую тропу обратить, стала его деньгами - раз большими, а второй меньше - зарятовуваты. Пока они так себе любили, действуя достаточно осторожно, пришлось врачу курировать одного больного, страдал ногу. Узнав о болезни, маэстро заявил пациентовим родственникам, что надо вынуть из ноги надгнившие кость, тогда больной мог бы выздороветь, а так или ногу придется отрезать, или смерти ждать, только что он не может за успех операции поручиться. Родственники должны показаться безоговорочно на враче условия. Врач был уверен, что больной, когда его усыпить, не претерпевший боли и не даст резать; поэтому, намислившы делать операцию вечером, он велел утром настоять воду на каком-то снотворное зелье, крепко усыпила бы больного на время операции; когда тот настой было изготовлены, он поставил его на окне у себя в комнате, не сказав домашним, что это такое.

Когда наступил вечер и врач должен уже идти к больному, к нему прибыл неожиданно посланец из Амальфи от тамошних его больших друзей, чтобы он бросал печеное и вареное и немедленно ехал туда, там произошла крупная драка и много людей ранены. Врач, отложив операцию на завтра, сразу сел в лодку и отправился в Амальфи, а женщина, зная, что он до утра не вернется, позвала к себе тайком Руджиеро и заперла его в это время в своей комнате, ожидая, пока вся челядь обляжеться. Сидел то Руджиеро, сидел, ожидая любовницы, и страх захотелось ему пить - то устал за день, или чего соленого съел, так ли уж была у него привычка. Увидел он в окне сосуд с тем напитком, что врач для больного приготовил, подумал, что питьевая вода, и выпил ее всю, скоро по тому сморил его твердый сон, и он уснул. Ликариха вошла в комнату, как только смогла, и, увидев, что Руджиеро спит, начала розбуркуваты его, шепча тихо, чтобы он вставал, и ничто не помагалось - он не отвечал и не шевелился. Тогда она рассердилась и толкнула сильнее, говоря: - Вставай, ибо, сонюго! Хотел спать, надо было дома сидеть, а не мне идти! От того толчка Руджиеро скатился из сундука, на которой лежал, ничего не почувствовав, как мертвый.


Смотрите также:
 Маркиза Монферратская
 Вассалы
 Месть
 Загадочные таблетки
 Еврей Мельхиседек

Добавить комментарий:
Введите ваше имя:

Комментарий:

Защита от спама - введите символы с картинки (регистр имеет значение):

Недавно добавлено:

picture

Пекарь Чисто


Пекарь Чисто остроумным словом обращает внимание мессера Джери Спин на нескромность его просьбе Все дамы и кавалеры очень похвалялы остроумие мадонны Оретта, и королева велела уже заменить очередь Пампинея; и начала: - Хорошие мои подруги, я сама вам не смогу сказать, кто больше грешит - то природа, когда внушает благородную душу в некрасивое тело, фортуна, когда дает телу с благородной душой какое-то простецкое ремесло, как мы это видим на примере нашего земляка Чисто и многих других людей; сего Чисто, мужчины высокого духа, фортуна сделала пекарем. Безусловно, я жаловалась бы и на природу, и на удачу, если бы не знала, что природа всех умнее, а фортуна тисячоока, хотя дураки и рисуют ее слепой.
Читать далее

picture

Монна Нонна де Пульчи


Повар Кикибио остроумным словом обращает гнев господина Куррада Джанфильяцци на смех и избегает бедствия, ему грозило Лауретта уже умолкла, и все весьма похвалялы остроумие Монны Нонны, когда королева велела заменить очередь Неифили; и начала: - Дорогие мои подруги! Хотя быстрый ум часто подвергает языковые в случае необходимости точные, остроумные и действующие слова, и иногда и фортуна, становясь на помощь боязливым, вкладывает им неожиданно в уста такие вещи, на которые они в спокойном состоянии не смогли бы.
Читать далее