Дионеево право
Повесть о Маэстро Симоне...

На сей раз пострадавшим был врач, приехал во Флоренцию из Болоньи в беличьей шапке на бараньей голове.

Купеческий обычай
Киприоты Руберто и Арригуччо...

Ночью женщина привязывала другой конец тесемки себе до большого пальца на ноге, а Руберто имел, придя под окно.

Мадонна Елена
Александрийская притча...

Бакаляр, вспоминая свысока ту надругательство, которого от нее дизнав, и слушая теперь ее плач и слезные мольбы.

Гвильям Россильйонский

01-12-2020

Жена его, зная, что Кабестаны должен был прибыть на ужин, ждала его с большим нетерпением, она очень удивилась, что его нет, и спросила мужа: - А чего это Кабестаны сих пор нет, господин мой? На то отвечал ей муж: - Госпожа, он рассказал мне, что до завтра не может прибыть. Ся весть будто даже встревожила жену. Между тем Россильйон встал с лошади, велел позвать повара и сказал: - На тебе кабанье сердце и приготовь из него лучшую, которую можешь, потраву, и смотри, чтобы вкусная была! Как сяду к столу, пришли ее в серебряном блюде. Повар взял и сердце и принялся его заботилось готовить, приложив все свое умение: покрошил его мелко, добавил приправ всяких и пидлевой - действительно лакомая с того вышла штучка. Между тем Россильйон сел с женой ужинать, множество всякой всячины было подано к столу, и хозяину блюдо не шла на душу - душегубство недавнее еще мозолило. Здесь повар прислал ему и те лакомства, он велел поставить миску перед хозяйкой, потому самому, говорил, есть не хочется, a потрава знаменита.

Женщина имела хороший аппетит, поэтому и съела она то все себе по вкусу. Увидев, рыцарь спросил у нее: - Как же вам, госпожа, вкусу ся потрава? - Очень хорошо, господин, - ответила дама. - Право, - сказал тогда рыцарь, - я вам верю, и не удивляюсь, что и мертвым вам то по вкусу пришлось, что живым вы больше всего на свете любили. Сии слова услышав, дама задумалась на мгновение, а потом спросила: - Что это значит? Что это вы дали мне съесть? - Вы съели, госпожа, - ответил рыцарь, - не что иное, как сердце Гвильема Кабестанського, которого вы так вероломно любили.

Не сомневайтесь в том нисколько, я своими руками вырвал и сердце у него из груди перед тем, как сюда вернуться - Вы поступили не по-рыцарски, - сказала она по какой-то волны мужу, - а зрадецькы и по-воровски. Если я добровольно, без принуждения сделала Кабестаны обладателем моего сердца и тем совершила вам позор, то надо было его, а меня казнить. Но боже, чтобы я зажила когда любой другой пищи после такой благородной блюда, как сердце Гвильема Кабестанського, благороднейшего и любезным кавалера. По сей языке встала из-за стола и, не долго думая, выбросилась спиной через окно, что было позади. Окно это было очень высоко от земли, и она не только на смерть убилася, но и совсем збагнитувалась. Сей поступок поразил в душу Гвильема Россильйонського; понял он теперь, что так и сделал. Опасаясь мести людей и графа Прованского, он велел оседлать лошадей и двинулся куда глаза глядят.

На следующее утро по всей округе разнеслась весть о том печальном событии. Люди с обоих замков с большой скорбью и слезами подобрали тела Кабестаны и его дамы и похоронили их в одном склепе при Панин церкви, выбив на плите стихотворный надпись о тех, кто там покоится и как они умерли.


Смотрите также:
 Монна Джованна
 Любовь Федериго дель Альбериго
 Алатиель и принц
 Компания Сикурано
 Любовь Мартуччо Гомита

Добавить комментарий:
Введите ваше имя:

Комментарий:

Защита от спама - введите символы с картинки (регистр имеет значение):

Недавно добавлено:

picture

Гвидо Кавальканти


Гвидо Кавальканти отчитывает позавгоридно нескольких флорентийских рыцарей, застали его врасплох Услышав королева, Эмилия одбула свою очередь и уже никому более рассказывать, кроме него самого и того, что имеет постоянный ривилей говорить последнее, отозвалась в общество такими словами: - Ласкавии мои подруги, хоть вы сегодня вынули мне из уст две или три историйки, что я имела в виду рассказывать, но у меня оставалась в запасе еще одна, в котором фигурирует конце такое глубокомысленное предложения, равного ему мы сейчас, может, и не слышали. Вы, наверное, хорошо знаете, что в старину в нашем городе было много хороших и похвальных обычаев, которые исчезли теперь под натиском непомерного сребролюбия, что все больше росло вместе с богатством.
Читать далее

picture

Перо из крыльев архангела Гавриила


У брата Лука был слуга по имени Гуччо: одни дразнили Гуччо-Слоняка, вторые - Гуччо-Свиняка, третьи - Гуччо-Невмывака: то был такой сорванец, что против него и сам Липпи Топп должен в угол спрятаться. Брат Лук не раз, бывало, шутил с него в кругу своих товарищей: - Мой слуга, - говорит, было, - имеет девять таких примет, если у Соломона, Аристотеля или Сенеки была бы хоть одна из них, где и делись бы их премудрости, посвященное и добродетели.
Читать далее