Дионеево право
Повесть о Маэстро Симоне...

На сей раз пострадавшим был врач, приехал во Флоренцию из Болоньи в беличьей шапке на бараньей голове.

Купеческий обычай
Киприоты Руберто и Арригуччо...

Ночью женщина привязывала другой конец тесемки себе до большого пальца на ноге, а Руберто имел, придя под окно.

Мадонна Елена
Александрийская притча...

Бакаляр, вспоминая свысока ту надругательство, которого от нее дизнав, и слушая теперь ее плач и слезные мольбы.

События во дворце

05-03-2018

Поведают люди о Мушатта Францезе, что, как изробився он из значительного и богатого купца рыцарем и имел на призыв папы Бонифация ехать в Тоскану вместе с Карлом Безземельным, братом французского короля, то увидел, что дела его везде напрочь то позапутывался, как часто бывает у купцов, и, имея возможность сам в коротком времени распутать рахубу, решил поручить это дело нескольким лицам. Все он уже устроил таким образом, одно только его непутило: где бы ему найти такого мужчину, чтобы поисправлял ему долги по некоторым бургундцев? А сомневался он потому, что слышал, будто бургундцы - люди строптивые, смутные и шаткие на слово. И никак он себе не мог изгадаты такого упорного человека, чтобы заломил он наверняка тех ожесточенных бургундцев. Долго так думал, пока наконец навинувся ему в голову некий августа Чеппарелло из Прато, часто, было, заходил к нему в Париже.

Он был маленького роста и весьма чепуркуватий, поэтому французы, не зная, что значит Чеппарелло, думали, что это от слова "цапель" (так по-ихнему называется венок), а он представлял себе, как я сказал, маленький, то все так и называли - сэр Чаппеллетто; мало кто знал, что его заправские фамилия Чеппарелло. А жил этот Чаппеллетто следующее: он был нотариуса и, нотарюючы, считал великий себе стыд, если бы хоть один заверенный им документ (а выдавал он их небагацько) и оказался бы не сфальсифицированным, и составлял он те акты, кто бы в него не попросил, хотя бы и даром, что другой и за большие деньги сего был бы не сделал. А уж давать не по правде, то это было ему мед, или просят, было, не просят, на то время во Франции велико верили присягу, и кривоприсяжництвом своим выигрывал он неправедно все процессы, где от него потребовали сказать по совести правду.

У него большое удовольствие и тому, что пытался поспешно посеять раздор, ссоры и вражду между друзьями, родственниками или еще кем, и чем больше из того стоял бедствия, тем ему было милее. Как его присоглашалы до убийства или другого признанного он радостно приставал, никогда не одмагався и охотно, бывало, калечил или убивал людей своими руками. Блюзнив с Бога и святых на отчаяние души любой безделицу, потому раздражительный был - не сказать. В церковь никогда не ходил и глумился стидкимы словам над его святынями, как над дармовщиной, зато бывал в корчму и бродил по другим непристойных местах. Женщин любил так, как собака палки, зато любил мальчиках, как даже самый мерзавец. Воровать и грабить было ему так, как благоговейном мужчине милостыню давать; пресыщающийся и пьяница был из него такой, что порой самому мешало; мошенников, картежник и костирник неприторенний. Да что там долго говорить? Поганишои человека, ведь, отродясь не было на свете.

Положение и уважение мессера Мушатта долго прикрывали злые нотариусы поступки, и не занимали его ни частные лица, ни судебник, хотя он всем им хорошо надозолив. Вспомнив мессер Мушатто сего Чаппеллетта (а его жизнь он знал), и подумал, что именно такого человека и надо пустить на лихих бургундцев. Вот позвал он его перед собой и говорит: - Ты знаешь, сэр Чаппеллетто, что я суда правильного уезжаю отсюда, между прочим, у меня еще некоторые дела с теми плутягамы-бургундцами и не знаю, кто бы еще так, как ты, мог произвести из них, что мне положено. Тебе это время делать нечего, и если ты возьмешься за сие дело, я обрекаю тебе, будешь милость при дворе, а от меня получишь приличную долю из исправленных денег. Август Чаппеллетто был действительно именно не при деле и не очень-то гараздував, увидев же, что едет тот, кто долгое время был ему опорой и закроешь, немедленно согласился, потому же и должен, и сказал, что берется с дорогой душой. Так они и поладили. Август Чаппеллетто, получив верительные письма и королевскую грамоту, сразу же после отъезда мессера Мушатта отправился в Бургундию, где его никто не знал, и стал делать свое дело - править долги, но, против обыкновения, миром и чини, будто приберегая злость напоследок. Так действуя, жил он в двух братьев флорентинцив, которые там лихварювалы и почитали его из уважения к мессера Мушатта.


Смотрите также:
 Алатиель и принц
 Гвильям Россильйонский
 Третий день Декамерона
 Молодые флорентинцы
 Ландольфо Руффоло

Добавить комментарий:
Введите ваше имя:

Комментарий:

Защита от спама - введите символы с картинки (регистр имеет значение):

Недавно добавлено:

picture

Мессер Форез да Рабатта и маэстро Джотто


Однажды случилось ему быть в такой удалой компании в Монт-Уги, где несколько человек зазмагались между собой - какой флорентийский род благородных и древний? Одни говорили, что это Ламберти, вторые - Уберти, словом - каждый свое правил, как кто понимал.
Читать далее

picture

Гвидо Кавальканти


Гвидо Кавальканти отчитывает позавгоридно нескольких флорентийских рыцарей, застали его врасплох Услышав королева, Эмилия одбула свою очередь и уже никому более рассказывать, кроме него самого и того, что имеет постоянный ривилей говорить последнее, отозвалась в общество такими словами: - Ласкавии мои подруги, хоть вы сегодня вынули мне из уст две или три историйки, что я имела в виду рассказывать, но у меня оставалась в запасе еще одна, в котором фигурирует конце такое глубокомысленное предложения, равного ему мы сейчас, может, и не слышали. Вы, наверное, хорошо знаете, что в старину в нашем городе было много хороших и похвальных обычаев, которые исчезли теперь под натиском непомерного сребролюбия, что все больше росло вместе с богатством.
Читать далее