Дионеево право
Повесть о Маэстро Симоне...

На сей раз пострадавшим был врач, приехал во Флоренцию из Болоньи в беличьей шапке на бараньей голове.

Купеческий обычай
Киприоты Руберто и Арригуччо...

Ночью женщина привязывала другой конец тесемки себе до большого пальца на ноге, а Руберто имел, придя под окно.

Мадонна Елена
Александрийская притча...

Бакаляр, вспоминая свысока ту надругательство, которого от нее дизнав, и слушая теперь ее плач и слезные мольбы.

Жилетта из Нарбонне

07-10-2018

Тогда король подумал: "А может, действительно сам Бог прислал ее мне? Почему бы не попробовать ее лекарств, когда она обещает вылечить меня безболезненно и за короткое время? " Решившись на такую попытку, он сказал: - Мадемуазель, а что будет, как вы, заставив нас сменить постановление, и не вылечите нас? - На то ей король: - Вы, как нам кажется, еще не замужем, а когда вы это сделаете, мы отдадим вас за великого человека. - Монсеньор, - сказала девушка, - я буду очень рада, только выберу сама себе мужа, не доходя мнением сынам ваших или других принцев из королевского дома.

Король сразу же пообещал уволиты ее волю. Девушка принялась лечить короля, и не прошло и недели, как он исцеле. Услышав себя здоровыми, король сказал: - Мадемуазель, вы действительно заслужили себе мужа. Жилетта ответила ему: - Если так, монсеньор, я заслужила Бертрана руссильонское, которого полюбила с детства и сейчас безмерно люблю. Ее жажда показалось королю слишком высоким, однако, дав ей слово, он не хотел ломать его, вот вызвал он Бертрана и говорит: - Бертран, ты вырос и пришел мужественных лет, и мы желаем, чтобы ты вернулся владуваты своим графством и забрал туда с собой барышню, что мы даем тебе жену. - А кто же ся барышня, монсеньор? - Спросил Бертран. - Это та, - ответил король, - что вернула мне своими лекарствами здоровья. Бертран уже видел Жилетт и узнал ее, хотя она была очень красива, и не такого рода, чтобы его превосходительства подходил. Юный граф сказал королю свысока: - Значит, вы, монсеньор, хотите женить меня с знахаркой? Упаси меня Боже от такой женщины! - Так что же, по-твоему, - сказал король, - я должен сломать слово, данное моей спасительницы, потребовавшая с тобой брака? - Монсеньор, - сказал Бертран, - ваша воля отнять у меня все, что имею, и отдать мне, как вашего вассала, кому угодно, но уверяю вас, что я никогда не буду счастлив в седьмую браке. - А вот и будешь, - сказал король. - Она девушка красивая, умная, любит тебя. Надеюсь, что ты будешь жить с ней счастливо, чем с любой дамой значительного рода. Бертран замолчал, а король уже распорядился приготовить все для пышной свадьбы. В назначенный день Бертран, хотя того и не хотел, пришлось вступить в брак с Жилетт в присутствии короля. Решившись твердо, что ему дальше делать, он попросил у короля разрешения вернуться в свое графство, чтобы там, мол, в своих владениях жить с молодой женой, а сам поехал в Руссильон, а в Тоскану, где решил помочь флорентинцям в их войне против Сиены. Флорентинци приняли его с радостью и большим уважением, за немалое вознаграждение он согласился рейментарюваты в армии их и пробыл на этой службе достаточно долгое время.

Молодая жена, не очень такой судьбой довольна и надеясь все же статкуванням своим мужа к себе расположить, поехала в Руссильон, где все встретили ее как свою законную обладательницу. Застав там все в большом беспорядке и запуск через долгое отсутствие графа, она, как умный и сдала хозяйка, подготовленная опять все как следует, не жалея труда и мероприятия, к великому удовольствию всех подданных, что очень ее полюбили и даже ругали графа за его до нее неуважение. Дав всем порядок в графов владениях, она сообщила о том мужа через два дворян и спрашивала, как им быть дальше - если он не возвращается к графства через нее, то пусть скажет, и она уедет оттуда ему в угоду. Граф ответил посланцам решительно и жестоко: - Пусть делает как знает, а я только тогда к ней вернусь, как будет у нее на пальце отсей кольцо, а на руках - ребенок с чересел моих. А у него и был один такой дорогой перстень, который он никогда с пальца не снимал, потому что в нем была, говорили, какая чародейные сила.


Смотрите также:
 Сицилийские хитрости
 Джироламо и Сальвестра
 Монна Изабетта и Ламбертуччо
 Каландрино, Бруно и Буффальмакко
 Жилетта из Нарбонне

Добавить комментарий:
Введите ваше имя:

Комментарий:

Защита от спама - введите символы с картинки (регистр имеет значение):

Недавно добавлено:

picture

Гвидо Кавальканти


Гвидо Кавальканти отчитывает позавгоридно нескольких флорентийских рыцарей, застали его врасплох Услышав королева, Эмилия одбула свою очередь и уже никому более рассказывать, кроме него самого и того, что имеет постоянный ривилей говорить последнее, отозвалась в общество такими словами: - Ласкавии мои подруги, хоть вы сегодня вынули мне из уст две или три историйки, что я имела в виду рассказывать, но у меня оставалась в запасе еще одна, в котором фигурирует конце такое глубокомысленное предложения, равного ему мы сейчас, может, и не слышали. Вы, наверное, хорошо знаете, что в старину в нашем городе было много хороших и похвальных обычаев, которые исчезли теперь под натиском непомерного сребролюбия, что все больше росло вместе с богатством.
Читать далее

picture

Перо из крыльев архангела Гавриила


У брата Лука был слуга по имени Гуччо: одни дразнили Гуччо-Слоняка, вторые - Гуччо-Свиняка, третьи - Гуччо-Невмывака: то был такой сорванец, что против него и сам Липпи Топп должен в угол спрятаться. Брат Лук не раз, бывало, шутил с него в кругу своих товарищей: - Мой слуга, - говорит, было, - имеет девять таких примет, если у Соломона, Аристотеля или Сенеки была бы хоть одна из них, где и делись бы их премудрости, посвященное и добродетели.
Читать далее