Дионеево право
Повесть о Маэстро Симоне...

На сей раз пострадавшим был врач, приехал во Флоренцию из Болоньи в беличьей шапке на бараньей голове.

Купеческий обычай
Киприоты Руберто и Арригуччо...

Ночью женщина привязывала другой конец тесемки себе до большого пальца на ноге, а Руберто имел, придя под окно.

Мадонна Елена
Александрийская притча...

Бакаляр, вспоминая свысока ту надругательство, которого от нее дизнав, и слушая теперь ее плач и слезные мольбы.

Исповедь Пампинеи

05-04-2018

Рассказы ЧЕТВЕРТАЯ

Дон Феличе учит брата Пуччи, которой искуплением можно приподобитись Богу, тогда как брат Пуччо искупление производит, дон Феличе жену вгонобляе Как докончила Филомена рассказ свою и замолчала, а Дион любыми словами похвалил госпожа Ткачеву за быстрый ум, а рассказчицу за заключительная молитву, королева посмотрела, улыбаясь, на Панфил, и сказала: - Теперь ты, Панфил, радуй нас какой-то веселой историйки. Панфил сказал, что с дорогой душой, и начал не мешкая: - Многие есть таких людей, сами желая в рай попасть, остальных туда нетямкы посылают; такое произошло и одной нашей соседке, не так-то давно, а каким образом, сейчас услышите.

Жил, говорят, у Сан-Бранкацио один добрый человек, довольно богатый, на имя Пуччо ди Риньери, принявшись под старость спасать свою душу, он стал терциариев закона святого Франциска и нарикся братом Пуччи. Став на путь ханжества и не имея другой семьи, как женщина и служанка, не вкидався он в одно ремесло, одно только знал - в церковь зачастил. Глупым и слабоумный, он все время харамаркав Отче, ходил на проповеди, выстаивал службу, пел на клиросе, постился и мертвив плоть свою; поговаривали даже, что пристав был в секте бичивникив. Жена его, по имени Мона Изабетта, молодой еще (было двадцать восемь или, может, тридцать лет), свежая и красивая, как румяное круглобокое яблочко, должна через мужу благочестие, или через его старческую несостоятельность, длинных постов соблюдать, чем была ее воля: когда ей хотелось спать или даже пошутить с мужем, он продолжал ей житие Иисуса Христа, проповеди брата Анастасия, плач Марии Магдалины подобное. В то время вернулся именно из Парижа один монах из тамошнего монастыря, по имени дон Феличе, молодой, красивый из себя, высокомудрый и глибоковчений человек. Брат Пуччо сразу весьма с ним подружился, а молодой монах умел наилучшим решать все его сомнения и, принатурюючись к нему, притворялся святым Божиим, наш святоша начал водить его к себе - то вместе, бывало, пригласит, то на ужин, как если выпадет. Монна Изабетта, чтобы угодить мужчине, так же относилась дружески к молодому монаху охотно пришановувала его, чем могла.

Став своим в доме брата Пуччи, дон Феличе, видя, которая свеженькая и пухленькая у него жена, догадался, что ей всего хватало, и решил облегчить труд гостеприимном хозяину, взяв ее на себя. Изредка поглядывая на хозяйку глядя, добился того, лукавый, что и ее к нему охота разобрала. Сие заметив, монах быстро нашел возможность ей свое желание выяснить и, хотя она была готова это дело до Щирца доказать, это было не так-то легко сделать, потому что женщина уперлась, что никуда с ним из дома не уйдет, а дома тоже не было как, потому что брат Пуччо никогда из города не выезжал, что изумился молодого монаха огорчало. Вот думал он и вздумал наконец, как ему можно будет сходиться безопасное монну Изабеттою в ее же доме, мужа подозрения возбуждающе. Однажды, как пришел к нему брат Пуччо, сказал ему: - Не раз уже замечал я, брат Пуччо, что ты один хочешь - присвятитися, только ведь идешь ты к своему, мне кажется, очень длинным путем, а ведь есть и второй путь, короче, хорошо знает папа и его высочайшее прелатств.


Смотрите также:
 Исповедь Пампинеи
 Руководство Дионео
 Путь Алибека
 Похищение
 Судьба Ферондо

Добавить комментарий:
Введите ваше имя:

Комментарий:

Защита от спама - введите символы с картинки (регистр имеет значение):

Недавно добавлено:

picture

Мессер Форез да Рабатта и маэстро Джотто


Однажды случилось ему быть в такой удалой компании в Монт-Уги, где несколько человек зазмагались между собой - какой флорентийский род благородных и древний? Одни говорили, что это Ламберти, вторые - Уберти, словом - каждый свое правил, как кто понимал.
Читать далее

picture

Гвидо Кавальканти


Гвидо Кавальканти отчитывает позавгоридно нескольких флорентийских рыцарей, застали его врасплох Услышав королева, Эмилия одбула свою очередь и уже никому более рассказывать, кроме него самого и того, что имеет постоянный ривилей говорить последнее, отозвалась в общество такими словами: - Ласкавии мои подруги, хоть вы сегодня вынули мне из уст две или три историйки, что я имела в виду рассказывать, но у меня оставалась в запасе еще одна, в котором фигурирует конце такое глубокомысленное предложения, равного ему мы сейчас, может, и не слышали. Вы, наверное, хорошо знаете, что в старину в нашем городе было много хороших и похвальных обычаев, которые исчезли теперь под натиском непомерного сребролюбия, что все больше росло вместе с богатством.
Читать далее