Дионеево право
Повесть о Маэстро Симоне...

На сей раз пострадавшим был врач, приехал во Флоренцию из Болоньи в беличьей шапке на бараньей голове.

Купеческий обычай
Киприоты Руберто и Арригуччо...

Ночью женщина привязывала другой конец тесемки себе до большого пальца на ноге, а Руберто имел, придя под окно.

Мадонна Елена
Александрийская притча...

Бакаляр, вспоминая свысока ту надругательство, которого от нее дизнав, и слушая теперь ее плач и слезные мольбы.

Королевский конюший

03-03-2019

Начиная с того дня, он все ходил на ту улицу, будто был там какие-то свои дела, к великому удовольствию себе и на еще большую радость и надежду той нии. Через некоторое время, как заметила дама, то кавалер облюбовал ее не меньше, чем она его, решила она его к себе еще больше прилюбиты и в своей любви убедить. Выбрала она вновь благоприятный час и пошла к тому святого отца; села в церкви у ног и плачет. Сие увидев, спросил у нее монах жалобно, что ей случилось. А она и говорит: - Батюшка, опять я к вам не за кого, как из-за того богопротивного знакомого вашего прихожу, что и позавчера на его жаловалась; видимо, родился он мне на превеликее горе и к тому докажет мне, что не буду я счастья и не осмелюсь никогда больше припасть к стопам ваших. - Как, - спросил монах, - разве он до сих пор не перестал к тебе приставать, дочь моя? - Да где, - ответила дама, - как я вам нажалилася, он, как назло, оказывает мне наперекор и где раньше было, один раз, теперь семь раз под окнами моими проходит. Но если бы еще только то, что мимо ходит и глазами стреляет, а то уже до того обнаглел, что это вчера прислал мне какую-то женщину с гостинцами и неприличными вещами, передал пояс и кошелька, будто у меня своих мало, и так меня тем поразил , если бы греха не боялась и вас так не уважала, то готова была сбить большую бучу; и я утолила свою ярость и решила снова посоветоваться с вами, что мне делать.

Я уже отдала была пояс и кошелек той женщине, чтобы она отнесла все это назад, и прогнала ее из дому, но, подумав, что она может оставить те подарки себе, а ему скажет, что я приняла их (они так часто делают!) , я призвала его снова и с гнусностями взяла у нее из рук те вещи. А как он и после этого от меня не отвяжется, я с вашего духовный отец, разрешения, расскажу обо всем мужу и братьям моим, - что будет, то и будет. Чем у меня из-за него в бесславии ходить, пусть лучше он ту надругательство примет; правду я говорю, батюшка? Сие говоря, она заплакала и, вынув из-под платья роскошный кошелек и витворно расшитый пояс, бросила их монаху в пелену. Монах взял их и был очень обеспокоен тем, что сказала госпожа, ибо всем том поверил. - Дочь моя, - сказал он ей, - я нисколько не удивляюсь, что ты расстроена, и не виню тебя за это, а, наоборот, очень похваляю, что ты во всем моего совета слушаешь. Он у меня был позавчера, и я угрущав его, он не сдержал своего обещания. За сие-то и за новые его выходки я такого ему втру мака, навеки видхочеться ему женихатися, а сама, удачи тебе боже, не уходи в гнев и не говори родные твоей, чтобы не стало ему от того большого несчастья. Не бойся, чтобы от сего тебе какой-то ущербок на чести, перед Богом и людьми я буду всегда правдивая свидетелем целомудрия твоего.


Смотрите также:
 Гвильельмо Борсьере
 Джаннотто и Мадонна Беритола
 Гульфард и Гаспарруол
 Маршал Пьеро
 Королевский конюший

Добавить комментарий:
Введите ваше имя:

Комментарий:

Защита от спама - введите символы с картинки (регистр имеет значение):

Недавно добавлено:

picture

Перо из крыльев архангела Гавриила


У брата Лука был слуга по имени Гуччо: одни дразнили Гуччо-Слоняка, вторые - Гуччо-Свиняка, третьи - Гуччо-Невмывака: то был такой сорванец, что против него и сам Липпи Топп должен в угол спрятаться. Брат Лук не раз, бывало, шутил с него в кругу своих товарищей: - Мой слуга, - говорит, было, - имеет девять таких примет, если у Соломона, Аристотеля или Сенеки была бы хоть одна из них, где и делись бы их премудрости, посвященное и добродетели.
Читать далее

picture

Крещение чертальдян


Таким образом он окрестил всех чертальдян, имея с этого немалую выгоду, и своей изобретательностью оставил в дураках тех, что хотели из него посмеяться, украв перо. Они были тут же таки и слышали всю его проповедь, как издалека зайдя, довеслував он счастливо до берега, и так хохотали, что мало челюстей себе не свернули.
Читать далее