Дионеево право
Повесть о Маэстро Симоне...

На сей раз пострадавшим был врач, приехал во Флоренцию из Болоньи в беличьей шапке на бараньей голове.

Купеческий обычай
Киприоты Руберто и Арригуччо...

Ночью женщина привязывала другой конец тесемки себе до большого пальца на ноге, а Руберто имел, придя под окно.

Мадонна Елена
Александрийская притча...

Бакаляр, вспоминая свысока ту надругательство, которого от нее дизнав, и слушая теперь ее плач и слезные мольбы.

Вавилонский султан

23-03-2018

Вскоре разошлась по всему городу слава о красоте ее чрезвычайную; докатилась она и до принца морейской, который был в ту пору как раз в Кларенци, и захотелось ему на это чудо самому посмотреть. Как же ее увидел, то признал, что лучшая она сверх всякой славу и хвалу человеческую, и так сильно в ней влюбился, что ни о чем другом думать больше не мог. Услышав о том, каким чином он к Кларенцы досталась, сообразил он, что сможет ее себе соединить. Когда он подбирал именно способа, как бы то совершить, узнали об этом родственники раненого и, не долго думая, отвели ее к нему. Принц из того очень рад, так же, как и Алатиель, - она ведь ушла так большой опасности.

Увидев принц, что она не только красотой урочище, но и обычаями благородными отделка, сообразил он, хотя и не мог этого верно, узнать, что пани великого какого-то рода, и полюбил ее за то еще больше. Он уважал ее велико и держал у себя не за наложницы, но как законным жену свою. По таким порядке забыла Алатиель свои злоключения, вновь на состояния стала и повеселела; красота ее расцвела в полной полные, и по всему царству ромейского только и было, что о той красотке рисованную. Дошла и пославка и герцогу Афинского, красивого и храброго юношу, родственника и друга принцового. Желая увидеть красавицу, он приехал со сторонниками своими в Кларенцу, якобы к принцу в гости, как не раз бывало, тот принял его, как принято, с большой помпой. Как-то на второй или на третий день гостил зашла в них речь о той женщине, и герцог спросил принца, действительно ли она так хороша, как славят люди.

На то отвечал ему принц: - На самом деле она еще красивее; и хочу, чтобы ты не вещам моим, глазам своим поверил. На герцогов просьбе повел его принц к ней в комнату, предупреждена об их приходе, приняла она обеих вежливо и дружелюбно, они же занимали вокруг нее и, не находя наслаждаться разговором (она-то по-ихнему не умела), смотрели только на нее, как на диковинку которую, особенно герцог, которому она казалась неземной существом; тем волшебным видением припеваючи, заметил он, как напился глазами яды любовной и себе на горе страстно в красавицу влюбился. Выйдя от нее вместе с принцем и оставшись чуть позже наедине со своими мыслями, подумал себе герцог, что принц - счастливый в мире человек, потому что таким бесценным сокровищем владеет. Взяли тут его мысли и мысли разнообразны; горячее влюбленные перевесило в нем совесть и честь, и убил он принца того блаженства во что любой лишить, чтобы самому его постичь. И так оно ему в страсти подоспело, что всякий разум и справедливость занехавшы, обратил он все помыслы свои на каверзы и козни коварные. Однажды, договорившись сокровенное с поверенным принцовим, именем Чурьячи, велел он тихо оседлать лошадей и все вещи свои в дорогу нарихтуваты: как же наступила ночь, пробрался он с помощью того Чурьячи в принцового комнату вместе с одним помощником своим, который был, как он вооружен.


Смотрите также:
 Примас и Клюнийский аббат
 Одна на двоих
 Смерть Габриотто
 Переезд
 Путь Алибека

Добавить комментарий:
Введите ваше имя:

Комментарий:

Защита от спама - введите символы с картинки (регистр имеет значение):

Недавно добавлено:

picture

Мессер Форез да Рабатта и маэстро Джотто


Однажды случилось ему быть в такой удалой компании в Монт-Уги, где несколько человек зазмагались между собой - какой флорентийский род благородных и древний? Одни говорили, что это Ламберти, вторые - Уберти, словом - каждый свое правил, как кто понимал.
Читать далее

picture

Гвидо Кавальканти


Гвидо Кавальканти отчитывает позавгоридно нескольких флорентийских рыцарей, застали его врасплох Услышав королева, Эмилия одбула свою очередь и уже никому более рассказывать, кроме него самого и того, что имеет постоянный ривилей говорить последнее, отозвалась в общество такими словами: - Ласкавии мои подруги, хоть вы сегодня вынули мне из уст две или три историйки, что я имела в виду рассказывать, но у меня оставалась в запасе еще одна, в котором фигурирует конце такое глубокомысленное предложения, равного ему мы сейчас, может, и не слышали. Вы, наверное, хорошо знаете, что в старину в нашем городе было много хороших и похвальных обычаев, которые исчезли теперь под натиском непомерного сребролюбия, что все больше росло вместе с богатством.
Читать далее