Дионеево право
Повесть о Маэстро Симоне...

На сей раз пострадавшим был врач, приехал во Флоренцию из Болоньи в беличьей шапке на бараньей голове.

Купеческий обычай
Киприоты Руберто и Арригуччо...

Ночью женщина привязывала другой конец тесемки себе до большого пальца на ноге, а Руберто имел, придя под окно.

Мадонна Елена
Александрийская притча...

Бакаляр, вспоминая свысока ту надругательство, которого от нее дизнав, и слушая теперь ее плач и слезные мольбы.

Вассалы

09-04-2018

Маэстро же, улучив час, обратился наконец своей просьбой, как первое в Бруна, теперь уже Буффальмакко. Тот сделал вид, будто очень рассердился и начал кричать на Бруна: - Клянусь Всевышним Богом пазиньянським, предатель ты, дал бы тебе это в хлебало так, чтобы ты пятками покрылся, только честь на себе кладу. Кто мог рассказать все то маэстро, как ты? Маэстро пытался выгородить Бруна и клялся и божился, что он узнал о том от других; наговорив силу мудрых вещей, он же успокоил его. Тогда Буффальмакко ему и говорит:

- Маэстро, оно и видно, что вы побывали в Болонье и научились там держать язык за зубами, а считать учились не на сливах, как делают некоторые дураки, а на кабачках, потому что они длинные, а когда я не ошибаюсь, то крестил вас тумануватий поп.

Врач упал ему в дело и, обратившись к Бруна, сказал:

- Вот что значит говорить и общаться с умными людьми! Кто бы так быстро понял все особенности моего ума, как этот достойный человек? Даже ты сразу не догадался, чего я стою, а скажи ему, что я тебе сказал, услышал от тебя, что Буффальмакко любит мудрых людей. Разве не правда моя?

- Да, правда, - говорит Бруно. - Ты сразу сказал, что так будет. Тогда маэстро обратился снова к Буффальмакко: - Ты еще не то сказал бы, если бы увидел меня в Болонье: там и старый и малый, и доктора и школьники - все меня любили больше всего на свете, всем я припал к сердцу умом своим и вещами. Да что там! Скажу, было, слово, то все сразу смеются - так я им нравился. А выезжая я оттуда, то все плакали-рыдали, умоляли, чтобы я остался, чтобы преподавал медицину в одиночку решительно всем школьникам, что там учились; и я не хотел, потому что приехал сюда занять отцовское наследство, и то немалый, наш род богатый издавна. Тогда Бруно и говорит Буффальмакко:

- Слышишь? А ты, вишь, не верил мне, как я тебе говорил. Клянусь овангеллю святой, у нас в городе нет такого врача, чтобы так, как этот, разбирал, где ослиные сциклины, а где какие; да что там! Пройди хотя Парижской ворот, то другого такого не найдешь! - Правду говорит Бруно, - вставил словечко врач, - и меня еще здесь мало знают; что вы хотите - грубый народ. А увидели - бы вы меня среди докторов, в привычной компании! - Воистину, маэстро, - сказал Буффальмакко, - вы знаете всего столько, что мне и не снилось; тем-то, говоря с вами закандзюбисто (как и положено говорить с такими мудрыми людьми), скажу вам, что непременно того добьюсь, чтобы вас приняли в нашего братства. Услышав такое обещание, врач еще усерднее стал угощать двух маляров, а они все показывали ему козы в золоте и прочие глупости, говорили, что у них для него замечательная любовница - герцогивна ди говна, хоть какого, говаривали, короля с коня ссади. Маэстро спросил, которая и герцогивна.


Смотрите также:
 Монна Джованна
 События во дворце
 Риччардо Минутоло и Кателлу
 Загадочные таблетки
 Королевский приказ

Добавить комментарий:
Введите ваше имя:

Комментарий:

Защита от спама - введите символы с картинки (регистр имеет значение):

Недавно добавлено:

picture

Перо из крыльев архангела Гавриила


У брата Лука был слуга по имени Гуччо: одни дразнили Гуччо-Слоняка, вторые - Гуччо-Свиняка, третьи - Гуччо-Невмывака: то был такой сорванец, что против него и сам Липпи Топп должен в угол спрятаться. Брат Лук не раз, бывало, шутил с него в кругу своих товарищей: - Мой слуга, - говорит, было, - имеет девять таких примет, если у Соломона, Аристотеля или Сенеки была бы хоть одна из них, где и делись бы их премудрости, посвященное и добродетели.
Читать далее

picture

Крещение чертальдян


Таким образом он окрестил всех чертальдян, имея с этого немалую выгоду, и своей изобретательностью оставил в дураках тех, что хотели из него посмеяться, украв перо. Они были тут же таки и слышали всю его проповедь, как издалека зайдя, довеслував он счастливо до берега, и так хохотали, что мало челюстей себе не свернули.
Читать далее